За полчаса до зимы: как был остановлен «Тайфун»

К 120-летию Маршала Советского Союза Василия Даниловича Соколовского

газета Завтра: Блог

За полчаса до зимы: как был остановлен «Тайфун»

К 120-летию Маршала Советского Союза Василия Даниловича Соколовского, который во время Битвы за Москву был начальником штаба Западного фронта и разработал план контрнаступления Красной Армии

В семье маршала Соколовского как реликвия хранится письмо, которое Василий Данилович в 1965 году написал в ЦК КПСС. В нем говорится о том, что Москва, у стен которой осенью 1941 года были разбиты не знавшие поражений гитлеровские полчища, незаслуженно забыта и что необходимо присвоить Москве звание Города-героя. Это письмо вместе с ним подписали также Маршалы Советского Союза Иван Степанович Конев и Константин Константинович Рокоссовский.

Впервые звание «Город-герой» упоминается в Приказе Верховного Главнокомандующего Иосифа Виссарионовича Сталина от 1 мая 1945 года, в котором Городами-Героями названы Ленинград, Сталинград, Севастополь и Одесса. 8 мая 1965 года, после того как Указом Президиума Верховного Совета СССР было утверждено Положение о почетном звании «Город-герой», оно присваивается и Москве. И огромная заслуга в этом принадлежит Василию Даниловичу Соколовскому – не только потому, что он написал упомянутое выше письмо, но и потому, что он был начальником штаба Западного фронта, оборонявшего московское направление и внесшего решающий вклад в провал немецкого наступления на Москву, именовавшегося в документах германского командования «Операция Тайфун».

Внучка Наталья Евгеньевна Синюкова-Соколовская

Внучка маршала, Наталья Евгеньевна Синюкова-Соколовская, так вспоминает рассказы Василия Даниловича о войне: «Когда мы жили в Хлебном переулке и я училась в институте, то все время спрашивала его, какой из периодов Великой Отечественной войны ему больше всего запомнился. И он неизменно отвечал, что это была битва за Москву».

Родился будущий маршал 21 июля 1897 года в деревне Козлики Белостокского уезда, ныне расположенного на территории Польши, в бедной крестьянской семье. С детства он тянулся к знаниям и в 1918 году окончил Невельскую учительскую семинарию. Однако в первые же дни после создания Красной Армии, почувствовав сердцем, что большевики – это те, кто выражает чаяния таких же как он «кухаркиных детей» и открывает им путь в большую жизнь, вступил в нее добровольцем. Вскоре он был зачислен на 1-е Советские Московские пехотные командные курсы РККА, а затем, успев повоевать с белочехами и белогвардейцами на Урале и даже стать помощником командира полка, в числе первых 183 слушателей был направлен в Академию Генерального Штаба. Весной 1920 года Василий Данилович в качестве начальника штаба 32-й стрелковой дивизии 11-й армии восстанавливает Советскую власть в Баку, сражается с интервентами и недобитыми деникинцами на Кавказе. Заболев тифом, он знакомится с Анной Баженовой, агитатором 11-й армии, которая буквально выходила его в госпитале. Они вновь встретились в Москве и уже больше не расставались до конца жизни.

14 октября 1921 года Василий Данилович окончил Академию и был направлен в Туркестан на борьбу с басмачами. За спиной басмачей, прикрывающихся лозунгами «джихада», стояли англо-американские империалисты, снабжавшие их оружием и деньгами. Соколовский в должности начальника оперативного отдела штаба Туркестанского фронта с помощью легендарного разведчика Хамракула Турсункулова, кавалера ордена Красного Знамени, а в последующем трижды Героя Социалистического Труда, создает вместе с органами Туркестанской ЧК разведывательную агентурную сеть, которая очень помогла в ликвидации ферганского басмачества. Как позднее вспоминал Турсункулов, «Василий Данилович знал все тропинки, горы, кишлаки, настроения людей, обстановку. С товарищем Соколовским я встречался много раз и позднее, когда он командовал дивизией и войсками Ферганской и Самаркандской областей. У Василия Даниловича я учился дисциплине в работе, оперативности, краткости, умению не распыляться по мелочам, а браться за главное».

Басмачи отвечали террором. Однажды они подсыпали яд в стакан с водой в кабинете Соколовского. Он выпил и замертво рухнул на пол. Врачи констатировали смерть и отправили тело в морг. Ночью он пришел в себя и выбрался из-под груды трупов, которыми уже был завален. В другой раз подосланный басмачами человек выстрелил в него из ружья в упор в тот момент, когда Соколовский объезжал строй красноармейцев. Но в момент выстрела конь вздыбился и заряд пришелся в ногу. Однако ранение оказалось тяжелым и Соколовского пришлось отправить в Москву, где ему была сделана операция. Все эти эпизоды составили сюжетную канву культового советского фильма «Офицеры» (1971), в котором прообразами главных героев стали Василий Данилович Соколовский и Василий Иванович Чуйков, которые 2 мая 1945 года в Берлине вместе принимали капитуляцию Берлинского гарнизона, а после войны были соседями по дачному поселку Трудовая-Северная.

Слушатель Академии Генерального штаба РККА, 1919 год

В январе 1928 года Василия Даниловича направляют на Курсы усовершенствования высшего начальствующего состава, которые в те же годы окончили Г.К. Жуков, И.С. Конев, К.К. Рокоссовский и другие будущие полководцы. После этого в течение 5 лет он командовал 43-й стрелковой дивизией Белорусского военного округа, в 1935 году был переведен заместителем начальника штаба Приволжского военного округа. В том же году его назначают начальником штаба вновь образованного Уральского военного округа. После того, как 11 августа 1937 года вышел приказ НКВД СССР № 00485 о ликвидации местных организаций ПОВ (Польская организация войсковая) — прежде всего, ее диверсионно-шпионских и повстанческих кадров, Соколовский, также как и Рокоссовский, попадает под подозрение. Его обвиняют в том, что он скрывает факт службы в царской армии и является белопольским шпионом. В последний момент Василия Даниловича спасает его супруга Анна Петровна, которая нашла в папке с документами мужа справку, подтверждавшую, что старший воинский начальник Невеля освобождает В.Д. Соколовского от призыва в армию до окончания учительской семинарии.

Ворошилов К.Е., Буденный С.М. и Соколовский В.Д. на учениях Московского военного округа, 1938 год

В апреле 1938 года комдив Соколовский становится начальником штаба Московского военного округа, которым командовал Маршал Советского Союза Семён Михайлович Будённый. С этого момента судьба Василия Даниловича неразрывно связана с Москвой, которую он вскоре будет оборонять, а затем до конца войны руководить фронтами и штабами на главном западном направлении РККА вплоть до окончания войны в Берлине.

18 декабря 1940 года Гитлер подписал секретную Директиву №21 «Вариант Барбаросса» нападения на Советский Союз. Но уже в конце того же месяца советская разведка с помощью Ильзы Штёбе (оперативный псевдоним «Альта») передала ее содержание в Москву. Началась подготовка к войне. В марте 1941 года Политбюро принимает решение о скрытой мобилизации 900 тыс. военнослужащих запаса. Доукомплектация войск поручена генерал-лейтенанту Соколовскому, который в феврале 1941 года был назначен заместителем начальника Генерального штаба РККА по организационно-мобилизационным вопросам.

13 мая Генштаб перебрасывает на Запад четыре армейских управления и личный состав дивизий. Они должны были прибыть к новым местам дислокации в период с 10 июня по 3 июля. Однако, поскольку немцы напали 22 июня, то из 939 эшелонов с войсками к месту назначения успели прибыть только 83, еще 455 находились в пути, а 401 эшелон еще не приступил к погрузке.

Тем не менее именно эти дивизии сыграли решающую роль в стабилизации фронта в июле-августе под Смоленском после того, как Западный фронт, созданный на базе Западного особого военного округа под командованием генерала армии Павлова, был полностью разгромлен немцами в первые же дни войны в Белостокском и Минском котлах. Под Смоленск были срочно переброшены сформированная в Забайкалье 16-я армия и сформированная на Северном Кавказе 19-я армия, первоначально прибывшие на Украину в Киевский особый военный округ. Кроме того, под Смоленск перебрасывается сформированная в Орловском военном округе 20-я армия. 2 июля командующим войсками Западного направления был назначен Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко, а начальником штаба – генерал-лейтенант В.Д. Соколовский.

В течение двух месяцев (с 10 июля по 10 сентября) на огромной территории (600-650 км по фронту) развернулось Смоленское сражение. В результате прорыва немецких танковых групп 16 июля немцы ворвались в Смоленск. 19-я, 20-я и 16-я армии оказались в окружении. 17 июля в штаб Западного фронта прибыл генерал-майор Рокоссовский, которому было поручено нанести контрудар в районе Ярцево. И хотя наступление группы Рокоссовского 18-20 июля было отражено, 23-24 июля начались встречные боевые действия оперативных сил Западного фронта в направлении Смоленск.

28 июля Смоленск был оставлен. Однако группе Рокоссовского, занявшей Ярцево, удалось возобновить контроль над переправами через Днепр, по которым переправились остатки 16-й и 20-й армий. Немцы, в свою очередь, вынуждены были перейти к обороне. Это решение, как передавал из Токио Рихард Зорге, привело к отказу Японии от вступления в войну на стороне Германии до конца текущего года. Таким образом, несмотря на большие потери, Смоленская оборонительная операция сыграла огромную роль в срыве планов немецкого командования по взятию Москвы.

Продолжить наступление на Москву немцы смогли лишь после того, как замкнули Киевский котел и разгромили Юго-Западный фронт РККА. 16 сентября, когда сражение за Киев близилось к концу, командование группы армий «Центр» издало директиву о подготовке операции по захвату Москвы под кодовым названием «Тайфун». К этому времени войска Западного направления были разделены на три фронта. Непосредственно московское направление оборонял Западный фронт под командованием генерал-полковника И.С. Конева. Начальником штаба был генерал-лейтенант В.Д. Соколовский. Предполагалось, что немцы ударят вдоль шоссе по линии Смоленск-Ярцево-Вязьма, где и была создана наибольшая плотность обороны силами 16-й армии Рокоссовского. Однако немецкая группа армий «Центр», которой были подчинены 3-я и 4-я танковые группы, нанесла сокрушительные удары севернее и южнее, окружив западнее Вязьмы 37 дивизий. Потери Красной Армии убитыми и ранеными превысили 380 тыс. человек, в плен попало свыше 600 тыс. Дорога на Москву была открыта.

Однако еще 4 октября Рихард Зорге отправил свою последнюю радиограмму:

«НАЧАЛЬНИКУ РАЗВЕДУПРАВЛЕНИЯ
ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ
ТОКИО, 4 октября 1941 года
Радио-телеграф
Только 3000 различных грузовиков и других машин были направлены (речь идет о переброске из Северного Китая в Манчжурию). 1000 грузовиков перед этим были переброшены из Манчжурии в Северный Китай. В течение первых недель подготовки выступления против СССР командование Квантунской армии распорядилось призвать 3000 опытных железнодорожников для установления военного сообщения по сибирской магистрали, но теперь это уже отменено. Все это означает, что войны в текущем году не будет».

18 октября Рихард Зорге был арестован японской полицией. Однако его последняя радиограмма позволяла Сталину перебросить свежие дальневосточные дивизии под Москву. Главное теперь было выстоять до их подхода и определить момент, когда немцы начнут выдыхаться. Эта задача ложилась главным образом на плечи начальников штабов, и прежде всего – на Василия Даниловича Соколовского.

Он сохранил свою должность, когда 10 октября новым командующим Западным фронтом вместо И.С. Конева был назначен генерал армии Георгий Константинович Жуков. Вышедшие из окружения войска (порядка 85 тыс. человек) отходили на Можайскую линию обороны, которую на подольском направлении удерживали только снятые с занятий курсанты. На Волоколамском направлении вновь формировалась полностью разгромленная под Вязьмой 16-я армия Рокоссовского, в состав которой включались отступающие части и сформированная в Алма-Ате 316-я дивизия генерал-майора Ивана Васильевича Панфилова.

Немецкое наступление возобновилось 15 ноября. Немцы стремились обойти Москву с севера и с юга и соединиться в районе Ногинска. 3-я танковая группа, наступая в полосе обороны 30-й армии генерал-майора Д.Д. Лелюшенко, 23 ноября захватила Клин и продолжила наступление на восток с выходом на линию канала Москва-Волга. 4-я танковая группа наступала в полосе 16-й армии генерал-лейтенанта К.К. Рокоссовского и 25 ноября своим правым флангом подошла к городу Истре вместе с частями дивизии СС «Дас Райх». Здесь их остановила 78-я сибирская дивизия полковника А.П. Белобородова.

Слева направо Булганин Н.А., Жуков Г.К., Соколовский В.Д. Хохлов И.С. Западный фронт, 1941 год

Военный парад на Красной площади в Москве 7 ноября 1941 года

Уличные бои с сибиряками переходили в рукопашные схватки. Этот участок находился под контролем штаба фронта, и Белобородов сразу узнал в трубке голос Соколовского:

— Сдал Истру?
— Сдал…
— Нехорошо. А еще гвардеец. Командующий просил передать: ты Истру сдал, ты и возьмешь ее обратно.
— Возьму, товарищ генерал!

И Соколовский зачитал приказ: «В Народном Комиссариате Обороны. О преобразовании 2-го и 3-го кавкорпусов и 78-й стрелковой дивизии в гвардейские. В скобках значится: “Командир дивизии генерал-майор Афанасий Павлантьевич Белобородов”. Поздравляю дивизию и тебя лично!»

Слово свое гвардейцы сдержали.

Когда части 16-й армии переправились через Истринское водохранилище и взорвали водоспуски, территория на 50 км к югу была затоплена. Однако немцы обошли Истринское водохранилище с севера, взяли Солнечногорск и 50-й армейский корпус покатился по Ленинградскому шоссе на Москву. Навстречу ему в район Крюкова была переброшена снятая с Истринского рубежа панфиловская дивизия и 1-я гвардейская танковая бригада М.Е. Катукова. Командующий фронтом Жуков находился в 16-й армии и лично руководил боевыми действиями.

В ночь на 28 ноября боевая группа под командованием полковника Хассо фон Мантойфеля захватила неповреждённый мост через канал Москва-Волга и стремительным ударом ворвалась в Яхрому. Между правым флангом 16-й армии и левым флангом 30-й армии образовался большой разрыв. 30 ноября немцы захватили Красную Поляну (Лобню) и были уже в 17 км от границы Москвы и в 27 км от Кремля. Панфиловская дивизия вела ожесточённый бой за Крюково, станция восемь раз переходила из рук в руки. Создалась угроза окружения 16-й армии.

И вот в этот критический момент сказал свое слово начальник штаба фронта Василий Данилович Соколовский. Он почувствовал, что немцы выдыхаются – ведь они катились на восток по «белоснежным полям», не имея понятия, что их ждет впереди. А там непрерывно выгружались сибирские части. Соколовский следил за соотношением сил и докладывал об этом Жукову. 29 ноября Жуков позвонил Верховному Главнокомандующему и предложил нанести контрудар. Поздно вечером 29 ноября Ставка приняла решение о начале контрнаступления и потребовала от Военного совета Западного фронта план операции. Этот план был разработан Василием Даниловичем в течение ночи и представлен утром 30 ноября в виде карты с пояснительной запиской. Эта записка, написанная рукой Соколовского, на которой стоят подписи его, Жукова и члена Военного совета Булганина, была недавно опубликована. На ней размашисто написано: «СОГЛАСЕН». И подпись: «СТАЛИН».

Для нанесения контрудара 30 ноября на базе оперативной группы полковника А.И. Лизюкова в районе Лобня-Сходня-Химки была сформирована 20-я армия под командованием генерал-лейтенанта А.А. Власова. Между ней и 30-й армией наступала 1-я ударная армия генерал-лейтенанта В.И. Кузнецова, сформированная в Загорске (Сергиевом Посаде) из прибывающих сибирских стрелковых бригад и лыжных батальонов.

1 декабря части 1-й ударной армии выбили боевую группу Мантойфеля с восточного берега канала и продвинулись на 5-7 км. Утром 2 декабря в наступление перешли части 20-й армии с задачей окружить и уничтожить противника в районе Красной Поляны. К 5 декабря немецкие войска были вынуждены перейти к обороне по всему фронту. В ходе Клинско-Солнечногорской операции части 20-й армии во взаимодействии с войсками 16-й30-й и 1-й ударной армий нанесли поражение главным силам 3-й и 4-й танковых групп противника, от­бросили их на рубеж рек Лама и Руза и 20 декабря освободили Волоколамск.

По воспоминаниям сына Василия Ивановича Кузнецова, когда в ноябре шло обсуждение кандидатуры командующего 1-й ударной армией, Василий Иванович лежал в госпитале. Сталин вызвал его в Ставку и объявил ему о назначении командармом. «Ну что, вы довольны назначением?», — спросил Сталин. — «Доволен, только армия уж очень куцая — одни лыжные батальоны, лишь одна дивизия… И какой дурак корпуса отменил!», — ответил Кузнецов. Уже после Победы, в мае 1945 года, когда войска 3-й ударной армии генерал-полковника В.И. Кузнецова взяли рейхстаг и водрузили над ним Знамя Победы, Сталин неожиданно вернулся к этому разговору: «А помнишь, как ты меня дураком тогда назвал?..» — и, выразив благодарность за битву под Москвой и за взятие Рейхстага, поздравил Василия Ивановича с присвоением звания Героя Советского Союза.

Командующий Западным фронтом генерал-полковник В.Д. Соколовский, 1943 год

1 мая 1945 года на КП командующего 8-й гвардейской армией генерал-полковника Василия Ивановича Чуйкова прибыл для переговоров о перемирии начальник генерального штаба сухопутных войск, генерал пехоты Ганс Кребс. Переговоры с ним от лица советского командования вел заместитель командующего 1-м Белорусским фронтом, генерал армии Василий Данилович Соколовский. Генерал Кребс заявил Соколовскому, что Гитлер покончил жизнь самоубийством, образовано новое правительство, и он уполномочен просить условия перемирия. Василий Данилович спокойно ответил: «Военные действия могут быть прекращены лишь при условии полной безоговорочной капитуляции». Ничего не добившись, Кребс уехал. Вечером того же дня он застрелился в бункере Гитлера.

Начальник генерального штаба сухопутных войск Ганс Кребс на КП командующего 8-й гвардейской армией Василия Ивановича Чуйкова

Утром 2 мая на том же командном пункте Чуйкова появился комендант берлинского гарнизона генерал артиллерии Хельмут Вейдлинг. И вновь на переговоры с ним приехал Соколовский. При этом присутствовал писатель Всеволод Вишневский, который сделал запись этой беседы.

Соколовский (к Вейдлингу). Вы должны отдать приказ о полной капитуляции.
Чуйков. Наши части прекратили стрельбу, а немцы на отдельных участках еще стреляют.
Вейдлинг. Я охотно помогу прекратить военные действия наших войск…
Чуйков. Напишите приказ о полной капитуляции, и у вас будет совесть чиста…
Соколовский. Итак, товарищ Вишневский, заканчивается Вторая мировая война.
Вишневский. Да, заканчивается…

Вейдлинг молча вручил Соколовскому проект приказа: «30 апреля 1945 года фюрер покончил с собой, оставив на произвол судьбы всех, кто присягал ему на верность. Согласно последнему приказу фюрера, вы, немецкие солдаты, должны продолжать бои за Берлин, несмотря на то, что ваши боеприпасы на исходе, и в сложившемся положении дальнейшее сопротивление бессмысленно. Я приказываю немедленно прекратить всякое сопротивление. Каждый час сражения продлевает ужасающие страдания гражданского населения Берлина и наших раненых. По взаимному соглашению с высшим командованием советских войск я призываю вас немедленно прекратить боевые действия. Вейдлинг, бывший командующий берлинским оборонительным районом».

В ночь с 8 на 9 мая в пригороде Берлина Карлсхорсте состоялось подписание Акта о безоговорочной капитуляции. От германской стороны акт подписали: генерал-фельдмаршал, начальник Верховного главнокомандования вермахта Вильгельм Кейтель, представитель люфтваффе — генерал-полковник Ганс-Юрген Штумпф и кригсмарине — адмирал Ганс-Георг фон Фридебург. Безоговорочную капитуляцию приняли Маршал Советского Союза Георгий Константинович Жуков и заместитель главнокомандующего союзными экспедиционными силами маршал Артур Уильям Теддер. В качестве свидетелей свои подписи поставили генерал Карл Спаатс и генерал Жан Мари де Латр де Тассиньи.

Маршалы Советского Союза Г.К. Жуков и К.К. Рокоссовский, генерал-фельдмаршал Монтгомери, генерал армии В.Д. Соколовский, генерал-полковник М.С. Малинин. Берлин, июль 1945 года.

Подписание Акта о безоговорочной капитуляции Германии. Стоит Георгий Константинович Жуков, справа от него сидит Василий Данилович Соколовский

Когда подписывался Акт о безоговорочной капитуляции, Василий Данилович Соколовский сказал присутствующим генералам: «Тысячу раз был прав Шекспир, сказавший в своё время: “Кто начал злом, тот и погрязнет в нём”».

В письме, направленном в 1965 году в Президиум ЦК КПСС и подписанном Маршалами Советского Союза Константином Константиновичем Рокоссовским, Иваном Степановичем Коневым и Василием Даниловичем Соколовским, о котором мы упоминали в начале этой статьи, говорилось: «В мае нынешнего года вся наша страна будет праздновать двадцатилетие Великой Победы. Величайший вклад в достижение Победы внесла великая битва под Москвой в 1941 году. Героический подвиг москвичей в великой битве под стенами своего родного города никогда не померкнет. Следовало бы исправить допущенную ошибку и в ознаменование этой победы присвоить Москве звание “Город-герой”. Это звание трудящиеся столицы завоевали в ожесточенных боях с врагом в самые трудные для нашей Родины дни».